Мы трахались в открытое окно
И для интима свечку разожгли,
А в это время грозный товарняк
Гудел на север мимо наших стен.

И машиниста грустное лицо
Мелькнуло, на мгновенье озарясь.
И тишина, лишь только слабый стон
Издал, умчавшись в даль, локомотив.

И понял я, о как он одинок,
И как мы виноваты перед ним.
А ты сидела к улице спиной
И ничего не заметила.